Чынгыз Алканов

Monday, 17 December 2012 08:28
Автор: #ONE MAGAZINE

Генеральный директор, владелец «АЛКАН БАЗАРЫ»

«Какую часть ВВП страны составляет доход ТРК «Дордой», точно не могу сказать. Но даже не пятую. Больше.»

РАССКАЖИТЕ ПРО ЗАНЯТИЕ, КОТОРОЕ, НА САМОМ ДЕЛЕ, ОЧЕНЬ ВПЕЧАТЛЯЕТ – УПРАВЛЯТЬ РЫНКОМ «АЛКАН БАЗАРЫ», КАКОВО ЭТО?

Наш рынок – это, наверное, самый социально ответственный бизнес в Кыргызстане. Мы находимся в торгово-рыночном комплексе «Дордой», и наша часть рынка – это рынок самопошива. Его назвали в честь дедушки – «Алкан базары». Дедушка дожил до 103 лет, и хочется, чтобы и рынок процветал как можно дольше. Я назвал его социально ответственным, потому что это рынок самопошива; цеха, которые есть в Кыргызстане, обязательно представлены на нашем рынке. То есть это единственный способ, которым местное производство может показать свои товары оптовикам из России и Казахстана, не выезжая из республики. Даже оптовики из Узбекистана и Таджикистана уже наслышаны о наших товарах.

ЭТО, ДЕЙСТВИТЕЛЬНО, ОГРОМНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ ПЕРЕД ГОСУДАРСТВОМ…

Да. Цена ошибки у нас очень высокая, если что-то произойдет с рынком, это повлияет не только на благосостояние нашей семьи, но и на наших арендаторов, а следовательно, на цеха, а это уже половина работоспособного населения страны. На сегодняшний день это, наверное, единственная область, которая привлекает деньги в страну. Если мы возьмем тех же ре-экспортеров, или, как мы их называем, «купи-продай», которые покупают товар в Китае, имеют точку на «Дордое» и продают там свой товар, то они, безусловно, молодцы, но это не развивает и не обогащает страну, это развивает определенные предпринимательские способности и обогащает лишь тех, кто этим занимается. Аесли одежда производится в нашей стране, то у нас появляются модельеры, закройщики, швеи. Если мы говорим о том, что уже тысячи цехов существуют на сегодняшний день в Кыргызстане, то, естественно, это десятки, даже сотни тысяч рабочих мест по всей стране. И это не просто рабочие, которые носят мешки с песком, это действительно высококвалифицированные кадры, они – локо-мотив нашей страны.

ЧТО ПРОИЗОЙДЕТ, ЕСЛИ ВЫ ВДРУГ ПОДВЕДЕТЕ СВОИХ АРЕНДАТОРОВ?

Представьте себе, если Dolce & Gabbana или подобные дома моды потеряют один сезон. Модели, которые они шили, скажем, на весну, не удастся реализовать. Я думаю, некоторые дома моды этого просто не переживут. Они вкладываются в разработку моделей, в закупку товара, это определенная гонка, нужно к сезону приготовить что-то необычное. Вот так и у нас: если рынок закроется, или с ним что-то произойдет, то все цеха, которые открыты на заемные средства, не смогут реализовать то, что они произвели. Для них это будет просто катастрофа. Сейчас некоторые аналитики сравнивают уровень жизни в стране с ценой биг-мака. По тому, какая цена у фасфуда в «Макдоналдсе» в той или иной стране, можно судить об уровне жизни ее обитателей. У биг-мака в Москве и биг-мака в Лондоне существенно разные цены. А у нас и вовсе «Макдоналдс» в ближайшее время не откроется.

А КАКИЕ ПРОБЛЕМЫ ТО ЖЕ САМОЕ ОБЩЕСТВО СОЗДАЕТ ВАМ?

Я не склонен жаловаться на государство, не потому, что я боюсь каких-то политических гонений, просто я понимаю, что наша страна очень молодая. Кыргызская Республика образовалась чуть больше двадцати лет назад, и за это время мы пытаемся пройти все возможные этапы, начиная от монархии и заканчивая парламентской республикой. Страны Европы проходили это веками, а мы хотим сразу нагнать всех. Естественно, когда так форсируются события, государство сталкивается с многочисленными неудобствами. Я считаю, что наше правительство работает в тяжелых условиях, и, какое бы оно там ни было, в принципе, они молодцы. Большинство кадров, которые сейчас трудятся в государственных структурах, имеют советское мышление, и я представляю, как им тяжело перестроиться на новый лад. Общество не может и не создает нам никаких проблем. Когда человек работает и действительно «болеет» за свое дело, он способен преодолеть все, и никто ему не помешает.

ТО ЕСТЬ У ВАС НЕТ НИКАКИХ ПРЕТЕНЗИЙ К ГОСУДАРСТВУ?

Нашим рынком никто не занимается. Возьмем, к примеру, рынок «Аламедин»: государство, мэрия, строят там хорошие дороги. Да, он имеет стратегически важное расположение, и поэтому дороги должны находиться в хорошем состоянии. Возьмем Ошский рынок. Молодцы мэрия, что собрались, проявили политическую волю и сделали там, наконец, ремонт проезжей части. А теперь взгляните на подъездные пути к ТРК «Дордой»…
Эти рынки пищевые, это очень важно для сельского хозяйства, но давайте думать и о швейниках, потому что там уже совсем другие объемы. На нашем рынке намного больше людей, одних торговцев около 15-20 тысяч.
Какую часть ВВП страны составляет доход ТРК «Дордой», точно не могу сказать. Но даже не пятую. Больше.

НО ВЕДЬ ДОРОГА К БАЗАРУ «АЛКАН» В ХОРОШЕМ СОСТОЯНИИ…

Варимся в своем соку. Недавно я заасфальтировал дорогу протяженностью, наверное, в километр, и совместно с соседним рынком мы заасфальтировали еще полкилометра прилегающих к рынку дорог. Как говорится, спасение утопающих дело рук самих утопающих. Но я не жалуюсь, наверное, у государства нет денег, ограничены возможности. У нас они есть, и мы это делаем. Приезжает оптовик из России или Казахстана, и ему не важно, есть ли проблемы у нашего государства, он просто хочет, чтобы были комфорт и безопасность, чтобы на рынке был выбор и не было проблем с транспортировкой грузов, – это основные моменты, которые волнуют оптовиков. Работа администрации, по сути, заключается в том, чтобы на наш рынок приезжали эти самые оптовики. Если мы перестанем об этом заботиться, мы потеряем этот рынок. Соответственно, это повлечет за собой много-много других проблем.
У нас не так много бизнесов, которые, не продавая золота, газа или нефти, из воздуха получают деньги, которые потом приходят в страну. Это «Дордой» и гастарбайтеры. Одно дело, когда мы берем кредит у России на 100 миллионов долларов, и другое – когда зарабатываем эти миллионы, когда кто-то просто безвозмездно пересылает свои деньги своим близким сюда, и они тратят их на территории Кыргызстана, покупая хлеб у пекаря, одежду у местного производителя.

РАССКАЖИТЕ О ТОМ, КАК ВСЕ НАЧИНАЛОСЬ…

Мне 27 лет. Когда рынок начал работать, я только пошел в школу. Но я могу рассказать его историю. Рынок зародился и начал расти во многом благодаря Аскару Салымбекову.
Именно этот человек сделал рынок успешным. В самом начале люди торговали на прилавках, расположившись наокраине города в болотистой местности. И постепенно оптовики стали приезжать, покупать товары. Рынок раскрутился, потому что после вхождения в ВТО нам было очень легко привозить товары из Китая.
И, поскольку мы были частью СНГ, не возникало никаких проблем, чтобы доставить этот груз в Казахстан и Россию. Начиналось все с того, что торговцы приходили с сумками, расстилали скатерть, раскладывали на нее продукцию и продавали…  А потом поставили контейнеры, в них, как оказалось, торговать было удобнее, – можно оставлять все вещи, не таскать их с собой каждый день. Потом появились проходы, чтобы люди, которые пришли покупать или продавать, стояли не под дождем и снегом, а под крышей. Проект был настолько удачным, что он стал расти, и той земли, которая была у Аскара Салымбекова, просто перестало хватать, и они «добрались» до земли, которая принадлежит нашей семье, семье Алкановых. Мы, недолго думая, стали негласными партнерами по этому проекту.

OK, А С ЧЕГО НАЧАЛСЯ ИМЕННО ВАШ РЫНОК – «АЛКАН БАЗАРЫ»?

Рынок развивался и разрастался, и когда он дошел до нашей территории, мы стали окраиной существующего рынка «Дордой». К нам стали приходить владельцы цехов – те люди, которые вложили собственные деньги не столько в контейнер, сколько в свой цех. У них не было средств, чтобы платить за контейнеры в более раскрученных старых рядах, где цены, соответственно, уже были выше. И они из экономии пошли к нам – на окраину. Так получилось, что наш рынок полностью состоит из тех людей, которые производят продукцию в Кыргызстане. Уже в 2005 году то, что когда-то было окраиной, стало центром. Сейчас наша территория сердце  всего рынка.
Я сторонник того, чтобы в нашей стране что-то производилось и экспортировалось. Тогда деньги возвращаются в Кыргызстан в любом случае. Это такой снежный ком. У нас пока этот ком маленький и в основном «накатывается» через «Дордой».

КТО ПЕРВЫМ ЗАМЕТИЛ ПРИВИЛЕГИИ РАБОТЫ С КЫРГЫЗСТАНОМ, КАК С ЭКСПОРТЕРОМ?

Оптовики, которые работают на рынках, это, в основном, женщины за сорок, особенно, если говорить о 90-х. Они и мобильные телефоны-то не особо воспринимают, я уж не говорю про Интернет, и тем более, про поездку в незнакомую страну, где все говорят на китайском языке. Китайцы и сейчас обманывают, а уж тогда, в 90-е, мне страшно представить, что творилось.… После стольких лет железного занавеса в СССР это было тяжело. А приезжая сюда, оптовикам из России и из Казахстана было проще, – они знали наш менталитет, знали язык. Это и послужило толчком в развитии рынка.

ТО ЕСТЬ У ВАС ТОРГУЮТ ТОЛЬКО КЫРГЫЗКИЕ ПРОИЗВОДИТЕЛИ – MADE IN KG?

Как известно, у ТРК «Дордой» несколько владельцев. И, что интересно, каждый – хозяин своей земли на 100 процентов. Наша территория составляет не более 10 процентов от всего рынка, но для страны это самые важные 10 процентов. На остальной территории продают товары из Китая, Турции, Кореи – в общем, все, что угодно, кроме кыргызской продукции.

НА ОБЩЕСТВО И ЭКОНОМИКУ КЫРГЫЗСТАНА, «АЛКАН БАЗАРЫ» ИМЕЕТ ОГРОМНОЕ ВЛИЯНИЕ. А ЧТО ДО ТЕХ СТРАН, КУДА ЭКСПОРТИРУЕТСЯ ТОВАР – КАК ВЫ ВЛИЯЕТЕ НА НИХ?

Мы приучаем страны-импортеры нашей продукции к хорошему качеству, показываем, что маленькая, не очень благополучная страна (у нас нет минеральных ресурсов – нефти, газа в огромном количестве), тем не менее, выживает и что-то делает – мы производим продукцию. Казахстану и России всегда обидно, – у них есть все, и в то же время они мало чего производят. А у кыргызов нет никаких минеральных ресурсов, но они что-то делают, как-то выкручиваются. Когда страна богата минеральными ресурсами, все ее денежные потоки крутятся вокруг этого, людям нет смысла быть швеями, если они могут пойти в менеджеры в какую-нибудь нефтедобывающую компанию и получать там гораздо больше. У нас этого выбора нет. Мы из ничего делаем ценный товар. Мы взяли материалы, фурнитуру, профессионалов, оборудование и начали делать по-настоящему ценный товар. Его цена возрастает, именно благодаря труду, а это очень важно.

ВАС ПОСЛУШАТЬ, НЕ ТАК И ПЛОХО, ЧТО У НАС НЕФТИ НЕТ…

Нефть – по сути, наркотик для страны. Страна не может соскочить с нефти, потому что это приносит действительно большие дивиденды. Кыргызы шьют, ну и хорошо, что шьют. Таким образом, мы напоминаем другим странам, что можно работать, если захотеть. И в то же время, мы показываем, что у нас есть качественный товар. По стоимости наш товар уже сильно конкурирует с китайским. Благодаря невысоким таможенным пошлинам, заработной плате, которая сейчас ниже, чем в Китае, конечная цена нашего товара в России и Казахстане дешевле.
Представьте себе, что вы – девушка из айыла, которая загнана в определенные рамки, отец и мать не имеют возможности помогать, и вы предоставлены сами себе, вам не на кого надеяться. У вас нет богатых родственников (если говорить о стране, то это заемщики, какие-то льготные кредиты), у вас нет запасов драгоценностей (если проводить аналогию со страной – минеральных ресурсов), у вас нет каких-то полномочий, власти (Киргизия не является председателем ООН или что-то в этом роде, от нашего мнения в мировом сообществе, к сожалению, мало что изменится). Соответственно, не имея всего этого, вы начинаете выкручиваться любыми возможными способами. Будет вакансия работника парковки, – вы станете парковать машины, чтобы хотя бы что-то зарабатывать. Вы закрепитесь на этом месте, будете переживать за свою работу, а все оттого, что это единственное, что вас кормит. Вы ответственно относитесь к каждому своему шагу, каждому действию. Это сын владельца торгового центра, которому принадлежит этот паркинг, может особо не переживать. А вы будете относиться к паркингу, как к единственному источнику денег. Возможно, из-за этого вы будете работать лучше, принципиальнее. С таким подходом вас заметит руководство и предложит что-то более стоящее. Если посмотреть список Forbes, многие из ныне наиболее успешных людей мира так и начинали, потому что у них, в принципе, ничего не было. Так и Кыргызстану приходится выкручиваться изо всех сил, как человеку, который может рассчитывать только на себя.

ГОВОРЯТ, КЫРГЫЗСТАН ЖИВЕТ ЗА СЧЕТ «ДОРДОЯ», ТАК ЛИ ЭТО?

Мы действительно являемся самым большим работодателем в стране. Все говорят про «Кумтор», про чиновников... Можно сложить количество людей, работающих в этой отрасли, умножить на два, и все равно число людей, занятых на «Дордое», будет больше. Это не только администрация рынков и работники контейнеров, это тысячи людей, обеспечивающих пропитание продавцам. Любой человек может сделать бутерброд, купить термос, залить туда чай, ходить по «Дордою» и продавать то, что он сделал дома, зарабатывать честным трудом. Это очень важно. Это и тысячи людей, обеспечивающих транспортировку. Многие не любят «Дордой» из-за тачечников. А тачечники – это как кровь в теле человека. Через кровь поступают все жизненно необходимые материалы в наш организм. То же самое и тачечники на «Дордое». Прессовщики и упаковщики товара, к примеру, тоже важная часть рынка, – это вообще отдельный разговор. Они занимаются адским трудом. Попробуйте день постоять на прессе. Там не то, что грыжу заработаете, можно и в обморок упасть.
Сейчас все строят элитные квартиры. Строят из китайских материалов и продают кыргызстанцам. Значит, 50 процентов денег от нас ушло за границу. Это не хорошо. Не нужно быть великим экономистом, чтобы понимать, что если импорт будет превышать экспорт, рано или поздно мы обнищаем. Когда ты просто открываешь чайхану, строишь дома и продаешь их здесь, привозишь сюда что-то – это хороший бизнес, но для тебя, а не для страны.
Бизнес для меня – искусство. Каждый раз, когда я что-то совершенствую – это как взмах кисточкой, наложение контура, подрисовка тени. Картина уже красива, но еще не готова. Каждый раз хочется наложить еще мазок – сделать свой бизнес еще лучше.

АРХИТЕКТОРЫ УЧИТЫВАЮТ, КАКОЕ ЗДАНИЕ ВПИШЕТСЯ В АРХИТЕКТУРУ ГОРОДА, А КАКОЕ – НЕТ. ЕСЛИ СРАВНИВАТЬ ЭТО С БИЗНЕСОМ, ТО КАКОЙ БИЗНЕС НИКОГДА НЕ ВПИШЕТСЯ В КЫРГЫЗСТАН?

Элитный. У нас никогда не продвинется бизнес по распространению элитных товаров, к примеру, яиц Фаберже, картин за миллионы долларов, дорогих спортивных машин. Вряд ли у нас будут в огромном количестве продаваться яхты, стоящие миллионы долларов. Одним словом, мы еще не настолько «зажрались», и слава Богу. Пока еще умеем ценить заработанные деньги. А идеально вписался бы любой бизнес, где нужно развивать производство.
У наших граждан слишком мало денег, чтобы производить современные товары, взять хотя бы те же лампочки. Мы можем производить практически все, у нас дешевая электроэнергия, да и налоговые ставки, если сравнивать с другими странами, тоже очень терпимые. Наша недвижимость, аренда и продажа, – все это еще вполне дешево. Только вот инвесторам мы не кажемся стабильной страной, в которую можно вкладывать деньги.

ДАВАЙТЕ ОТОЙДЕМ ОТ БИЗНЕСА, КАКОЕ У ВАС ОБРАЗОВАНИЕ?

Я учился в Москве, в железнодорожном институте на маркетолога. Уже с третьего курса я начал работать. Сначала внештатным сотрудником в риэлторской компании, которая занималась продажей жилплощади в Москве. Меня взяли на работу, начали поручать довольно сложные для новичка задания, однако я их выполнял. В итоге меня приняли в штат сначала младшим специалистом, потом специалистом, потом главным специалистом, и это в компании, которая строила «Москва-Сити» – деловой центр Москвы. Еще до окончания университета я стал старшим специалистом в этой компании.

А КАК ВЫ ВЕРНУЛИСЬ В КЫРГЫЗСТАН?

Я родился в Москве и до 22 лет там и жил. С 19 лет я начал работать, добился определенных высот на первой работе, потом поменял сферу деятельности. Начал все с нуля, работал в международной консалтинговой компании менеджером по продажам. За год я вырос там до коммерческого директора по СНГ. Все это время мой отец жил здесь, ему было уже за 70. Он следил за моими успехами и в какой-то момент решил передать мне дела, внедрить в свое дело. Я помню, как мы встретились в Москве, и он сказал: «Ну все, приезжай в Бишкек». К этому времени я уже многого добился, не особо хотел переезжать в Кыргызстан. Но отец мне сказал слова, которые заставили меня переосмыслить все, понять, что именно благодаря его поддержке я смог многого добиться.

ДОЛГО ПРИВЫКАЛИ К ЭТОМУ БИЗНЕСУ? ВСЕ-ТАКИ «ДОРДОЙ» – ЭТО ГИГАНТСКИЙ ОРГАНИЗМ …

Очень скоро я вдохновился «Дордоем», увидел, что это гигантская отрасль, которая развивается, причем, практически без поддержки государства. А когда я узнал, что нет ни одного другого рынка, где местные производители показывают свои товары, что мы, практически, шоу-рум товаров, произведенных в нашей стране, то я переосмыслил все и начал вкалывать.

СКОЛЬКО ЛЕТ ВЫ ЗАНИМАЕТЕСЬ «ДОРДОЕМ»?

Уже 5 лет. Я, наверное, единственный владелец и генеральный директор рынка в одном лице, работающий на рынке с 9 до 17. Я каждый день делаю обход, общаюсь с арендаторами, меня все знают. Когда идешь по рынку и видишь в глазах арендаторов гордость от того, что они работают на моем рынке, – это самая лучшая мотивация. Мы делаем все, чтобы они были довольны. Прежде всего, они – наши партнеры.

А КАКИМИ ЛИЧНЫМИ КАЧЕСТВАМИ ВЫ ГОРДИТЕСЬ?

Не так-то просто начать управление рынком в 22 года. Это уже о чем-то говорит. Этим фактом я горжусь. На рынке важно показать, что именно ты хозяин, и мне удалось это сделать. У меня много качеств, мешающих мне в личной жизни, они больше заточены под бизнес. Я жесткий. Если я вижу, что что-то не так, я не буду обращать внимание на родственные связи. Если что-то мешает бизнесу, я уберу это препятствие. Если у меня на рынке завелись собаки, которые кусают оптовиков, усложняют их работу, то я возьму двустволку и пойду их отстреливать.

А О ЧЕМ МЕЧТАЕТЕ?

Хочется сказать о чем-то неземном, а на самом деле я хочу сделать «Алкан базары» самым развитым рынком по инфраструктуре в Центральной Азии. Хочется знать, что я приложил к этому руку.

Media

{gallery}245{/gallery}