Информационное вегетарианство

Wednesday, 13 November 2013 09:06
Автор: #ONE MAGAZINE

Что нужно для того, чтобы быть хорошим колумнистом (журналистом, публицистом, эссеистом)? Чтобы твои тексты с интересом читали, цитировали их? Честность, скажете? Искренность?

Произнесите это вслух в людном месте, и ближайший к вам просветленный муж, со свойственной ему мрачной иронией, авторитетно заявит, что честный колумнист (журналист, публицист, эссеист) профнепригоден. А что тогда? Думаете, интеллектуальность, мастерское владение публицистическим стилем? Снова рискните публично озвучить свою догадку. Просветленный муж рассмеялся? Неудивительно. Уж кому-кому, а ему доподлинно известно, что у всякого колумниста (журналиста, публициста, эссеиста) в голове одна извилина, как максимум. “И та – прямая”, – наверняка пошутил сейчас ваш собеседник. Так что же? Исполнительность и строгое следование редакторским указаниям, подкрепленные трудовым договором? Не говорите этого, если не хотите вновь вызвать на себя поток скепсиса. Ближайший к вам просветленный муж уже готов прыснуть со смеху. Ведь он точно знает, что у всякого колумниста (журналиста, публициста, эссеиста) трудолюбия, жизненных принципов и дисциплины не более, чем их у лежащего в навозной куче обожравшегося картофельных очисток борова. Кончились версии или еще есть? Может, спросим у просветленного мужа? Он явно лучше нас знает, как становятся хорошими колумнистами (журналистами, публицистами, эссеистами). Главное для них, скажет он, – это чутье в рамках конъюнктуры, умение “держать нос по ветру”, больше ничего не нужно. Подует ветер куда надо – вот вам блестящая статья “Дай нам бог”; подует в противоположную сторону – вот вам сенсационная колонка “Не дай вам бог!”. Вот и весь навык. Очень жестко просветленные мужи высказываются всегда, и самое обидное, что оспорить никто даже не пытается.

А вообще, не так все плохо, конечно. Только вегетарианства не хватает. Я серьезно. Вегетарианства не в кишечно-желудочном смысле этого слова, а идеологического, гуманистического вегетарианства, подобного корпоративной этике или, на худой конец, религиозной заповеди. Чувствую, переел мяса, причем не столько животного, сколько человеческого, потому и взял столь восторженную тональность в этой своей колонке.
Проснувшись, натощак проглотил заметку про саратовскую бабушку, получившую десять лет колонии за убийство непослушного внука. Затем “раздавил” массивную колонку про убийство 75-летнего священника Павла Адельгейма в Пскове. Его убил вроде бы душевнобольной, по словам которого, во всем виноват сатана, приказавший ударить святого отца ножом. Там автор изящной гиперболой приводит убийство одного из последних, честных православных священников безумцем, свидетельством тупика и деградации РПЦ. Вкусный текст. Ну и сверху я “полирнул” все это статьей, где рассказывалось про изнасилование в одном из лагерей Анапы девочки 9 лет расческой. Вспотел, в голове навязчиво загудело, зрачки расширились. Чуть не отравился. И так почти каждый день. Решил вот, что пора как-то себя ограничивать. Хорошего диетолога не посоветуете?
К чему все это? По правде говоря, хотелось бы предложить идею, или даже не идею – просто мысль. Не знаю, честное слово, высказывал ли кто-нибудь нечто подобное, скорее всего, да, потому что мысль эта витает в воздухе. Так вот, представьте себе некий всеобщий праздник-флэшмоб, когда люди, пишущие авторскую публицистику, во всем мире вдруг на один день перестают “держать нос по ветру”. В этот день они не ищут кровавых сенсаций, не изучают криминальные сводки, не воюют с идеологическими и политическими противниками своих хозяев, а просто пишут и публикуют тексты о жизни; пишут искренне, интеллектуально, добросовестно, без опасений не уловить тенденцию, попасть “не в ту струю”. То есть, день без медийного мяса, или, если хотите, – “Всемирный День Информационного Вегетарианства”. А если еще и теле- радиожурналисты к пишущим присоединятся? Один день в году, искажающий все информационное пространство, переворачивающий его с ног на голову. Эффектный был бы эксперимент, очень жаль, что на сегодня практически невозможный.

 

текст: Розовый Ганс